Главная страница
 Друзья сайта
 Обратная связь
 Поиск по сайту
 
 
 
 
 Белорусские сказки
 Поморские сказки
 Русские сказки
 Украинские сказки
 
 Кашубские сказки
 Моравские сказки
 Польские сказки
 Словацкие сказки
 Чешские сказки
 
 Болгарские сказки
 Боснийские сказки
 Македонские сказки
 Сербские сказки
 Словенские сказки
 Хорватские сказки
 Черногорские сказки
  
"Хитрый мышонок" - Сказки старой Европы Яндекс.Метрика

Три брата ворона


Было у одной бедной женщины три сына и дочурка-утеха. Мальчишки уже подросли, а девочка была еще совсем махонькая и ходить-то еще не умела, и говорить не научилась.

Мальчишки, как и положено, были бедовые, да настырные. Это б еще куда ни шло, кабы не их бесстыдное обжорство. Ох, и маялась же с ними бедняжка матушка!

Коли где кто нашкодит, набезобразничает – не иначе ее ребята; коли где-что стряслось, знает она – ее сыночки в том виноваты. А дома! Оставит что от обеда на ужин, а душа не на месте – ведь разнюхают и умнут! Даже мясо из горшка вытащут. Подкрадутся, достанут недоваренное – и нету его! Ума не приложит мать, что с ними дальше делать. И уговаривает, и просит, и наказывает.. . Да все напрасно! Лопнуло, наконец, ее терпение.

Собралась она как-то в церковь. Поставила обед на очаг и пригрозила сыновьям:

– Не вздумайте мясо таскать! Глядите, коли до него дотронетесь, я с вами такое сделаю, чего еще ни одна мать со своими детьми не делала.

А мальчишки ей в лицо хохочут, насмехаются. Разгневанная мать ушлав церковь, но только она через порог, а ребята шасть к очагу! Мясо из чугунка достали и тут же съели.

Вернулась мать из церкви в надежде, что сыновья испугались ее острастки. Подошла к очагу, заглянула в чугунок – а он пустешенек! Распалилась она неслыханным гневом и воскликнула.

– Чтоб вам в воронов превратиться, чтоб вам воронами стать, чтоб вы один с другого мясо рвали!

Не успела последнее слово выкрикнуть, как обернулись ее дети тремя черными воронами, взвились со свирепым карканьем, взмахнули крыльями и улетели неизвестно куда!

Мать, не помня себя от ярости, крикнула им вдогонку:

– Летите, летите, злодеи ненасытные! До тех пор будете маяться, пока кто-нибудь из кровных родственников вас из беды не вызволит!

Но материнский гнев, как снег по весне, – быстро растаял. Опомнилась бедная женщина, сердце кровью облилось, стала она рыдать, руки ломать, горькую судьбу несчастных детей оплакивать, себя корить. С тех пор глаза ее не просыхали.

Прошли годы, от сыновей ни слуху, ни духу. Тем временем маленькая дочка превратилась в красивую девушку. Была она словно лебедь белая, словно роза алели ее щеки, никто окрест не мог сравниться с нею красотой. И весела-то она и мила, работяща, всюду поспевает, матери и в доме и в поле помогает.

Мать скрывала от нее свое горе и ни одним словечком не обмолвилась, что были у дочери когда-то братья.

Да только девушке самой все думалось и думалось, почему это нет у нее ни братца, ни сестрицы, у других, есть, да помногу. Она не раз спрашивала у матери, а мать, тяжело вздохнув, отвечала, что нет, и никогда никого не было.

Стала девушка у чужих людей допытываться, а те возьми да скажи ей, что были у нее три брата, но вдруг неизвестно куда исчезли, и никто про них ничего не знает.

Стала девушка опять матушку спрашивать:

– Матушка, моя родимая, люди поведали, что были у меня три брата. Скажите, не таите, куда они подевались?

– Доченька, доченька, улетели твои братцы в дальние края, – ответила ей мать и залилась слезами.

– Зачем? Да когда? Да куда? И больше не вернутся? Уж вы скажите, не таите, как дело было?

– Ах, дочка моя, вот как дело было!

И рассказала ей мать все без утайки, как прокляла их в гневе, как онив воронов превратились, и то сказала, что будут они до тех пор летать по свету, пока кто-нибудь из близкой родни их от проклятья не избавит!

– Не горюйте, матушка, не печальтесь! Ближе меня у них родни нету, мне и за дело браться! – отвечала девушка. – Я пойду, матушка, найду и спасу их! Чего бы мне это ни стоило!

– Ах, доченька моя, не ходи, их не спасешь и сама пропадешь, – плакала мать, – не найти их тебе. Где-то они теперь летают! Да и как ты оставишь меня одну на старости лет безо всякой поддержки?

– Не печальтесь, матушка, я вас не оставлю. Только мне на роду написано братьев освободить и я их высвобожу, даже если они за тридевять земель окажутся.

Сестра решилась, никаких уговоров не слушает. Наконец, и мать хоть и с трудом согласилась и через несколько дней собрала ее в дорогу.

Шла сестрица горами-долами, пустыми полями, долго-предолго, и на своем пути ни одной живой души не повстречала. Приходит она, наконец, к Месяцу-ясному в дом. На пороге его матушка стоит.

– Дай бог счастья, хозяюшка! – поклонилась ей странница.

– И тебе того же, девушка, – отвечает хозяйка. – Ты откуда такая взялась? Ведь до нас даже птичка-невеличка не доберется, не то что человек.

– Нужда заставила, вот и добралась! Пришла я узнать, не слыхали ль вы чего про трех воронов, моих заколдованных братьев?

– Про трех воронов, твоих братьев, я, девушка, ничего не слыхала, дождись-ка лучше, пока мой сын домой вернется, я у него выведаю и тебе скажу. А ты спрячься под это корыто, да смотри, тихонько сиди, не шевелись, как бы он тебя не съел!

Спряталась девушка под корыто, сидит, ждет, что дальше будет. Вскоре и Месяц вернулся. Только порог перешагнул, как закричит:

– Мать! Здесь людским духом пахнет, давай сюда человека, я его съем!

– Что ты, сынок, откуда тут человеку взяться, – отвечает мать. – Сам знаешь, к нам никому не добраться. Садись ужинай, да спать ступай, умаялся поди!

Сел Месяц ужинать. Наелся вдосталь, угомонился и задремал, а мать ему волосы расчесывает. Только Месяц глаза закрыл, а она его, как дернет за чуб!

– Вы что это, мамаша, – вскочил Месяц, – меня за волосы таскаете? А мать ему в ответ:

– Прости, сынок, я и сама ненароком задремала и вижу сон, будто кто-то меня спрашивает, не встречал ли ты трех братьев, в воронов заклятых?

– Нет, мама, не встречал. У Солнца глаза побыстрей, может оно кого заприметило?

– Вот и ладно, – стала мать сына успокаивать, – спи, сынок, спи! Выспался Месяц, снова в путь отправился, а хозяйка говорит страннице-красавице :

– Слыхала, деточка? У нас ты ничего не узнаешь, ступай-ка лучше этой долиной, там найдешь Солнце, может его матушка, что присоветует.

Пошла девушка. Долго блуждала по горам, по долам, по голым полям, пока не пришла, наконец, к матушке Солнца.

– Счастья, тебе матушка! – поклонилась путница.

– И тебе счастья, девушка. Ты откуда здесь взялась? Ведь к нам сюда даже птичке-невеличке не добраться, не то, что человеку!

– Ах, дорогая хозяюшка, пришла я у вашего сына спросить про трех воронов, моих заколдованных братьев!

– Может, он знает про твоих заколдованных братьев, я спросить могу. Да только, как мне с тобой быть? Вернется мой сын домой и тебя съест!

– Ах, матушка дорогая, сжальтесь, скройте меня куда-нибудь, – стала просить девушка.

Спрятала ее хозяйка под корыто.

Только-только успела, а тут Солнце явилось, да как закричит: | Мама, что-то у нас человеком пахнет – давай-ка сюда, я его съем!

Что ты, сын мой, откуда у нас человеку появиться. Это тебе показалось, небось светишь ярко, да по всему небу ходишь, человеческий дух тебе и чудится. Садись, ужинай, да спать ложись, уморился поди?

Солнышко-сын наелся и задремал, а мать у него в волосах ищет. Сын совсем было уснул, а она как дернет его за вихор.

Что это вы, мама, – вскочил он, – меня за волосы дерете?

– Да я, сынок, ненароком, – отвечает она, – я и сама задремала, да приснилось мне, будто кто-то спрашивает, не видал ли ты трех братьев-воронов?

– Где мне их увидать? Ведь я не везде свечу. Вот Ветер – тот каждую щель продует, ему легче узнать.

Заснул Солнце-сын и проспал до самого утра.

Утречком встал и ушел из дому, а мать разбудила девушку и говорит ей:

– Нет, мой сын про них не знает. Велел тебе у Ветра спрашивать. Ступай к нему! Он вон за той горой живет.

Показала девушке дорогу и проводила ее до порожка. Побрела наша путница горами-долами, голыми полями. Долго шла, пока не увидала матушку Ветра.

– Дай бог тебе счастья, матушка! – поклонилась она хозяйке.

– Дай бог и тебе, девушка! – поблагодарила ее матушка Ветра. – Ты как сюда попала? К нам и птичка-невеличка носу не кажет, не то, что человек!

– Я вашего сына спросить хочу, не слыхал ли он про моих трех заколдованных братьев, трех воронов.

– Про трех воронов, твоих заколдованных братьев? Ладно, узнаю, когда домой вернется. А что мне с тобой-то делать? Боюсь, он тебя съест.

– Ах, добрая женщина, спасите меня, – стала просить путница. – Спрячьте куда-нибудь!

Спрятала ее хозяйка под корыто и строго-настрого наказала смирно сидеть. Ветер домой явился пасмурный, надутый.

– Мамаша, – засопел он в дверях, – что-то у нас человеком пахнет, давай его сюда, я его съем!

Мать к нему кинулась, давай успокаивать:

– Да нет никого, сынок, всюду тебе человек видится, небось очень сильно дул! Сам подумай – откуда здесь человеку взяться?

Пока Ветер по свету гулял, успела матушка изжарить целого быка и бадью пива наварить. Подала она ему поскорее ужин.

– Ешь, – говорит, – сыночек, а потом сосни до утра. Наелся Ветер, напился, а мать к нему:

– Притомился, сыночек, иди ложись, а я у тебя в голове поищу, слаще спать будешь.

Только Ветер глаза закрыл, мать как дернет его за волосы. Ветер вскочил, и завыл дурным голосом.

– Успокойся, успокойся, – уговаривает его мать. – Я и сама вздремнула, да приснилось мне, будто кто-то спрашивает, не слыхал ли ты про трех братьев, в воронов превращенных? Не видал ли где?

– Видал. Они в Стеклянном замке живут, каждый день вокруг замка летают, – проворчал Ветер, повернулся на другой бок и захрапел.

Выспался, и опять двинулся в путь. А добрая женщина разбудила странницу-красавицу и говорит:

– Тяжелое испытание тебе предстоит, девушка. Братья твои в Стеклянном замке живут, а Стеклянный замок во-он за теми горами; не знаю уж, как ты туда попадешь. Ну, да ладно, погоди, изжарю я тебе в дорогу птичку, ты ее съешь, а косточки не выкидывай. Доберешься до замка, сделай из этих косточек лестницу и по ней поднимись наверх, к своим братьям.

Поблагодарила наша красавица матушку Ветра за добрый совет, взяла узелок и пошла дальше.

Шла она полями, лесистыми горами, долго-долго шла. По дороге птичку съела, а косточки собрала. Но вот, наконец, и Стеклянный замок. Гладкий, как яблоко. Никак не подступиться. Ни тропинки, ни ступеньки. Сделала девушка из птичьих косточек лестницу и добравшись до окна, спрыгнула в красивые хоромы.

Видит – посередине стол накрыт на три прибора.

– Это для братьев ужин приготовлен, – сказала она сама себе, – значит, скоро вернутся.

Подошла к одной тарелке, отхлебнула супа и поскорей под кровать спряталась. Тут же послышался шум крыльев и в окне появились три ворона, опустились на подоконник и сразу превратились в статных парней. Они спрыгнули с подоконника и принялись обмывать холодной водой раны, что один другому клювами да когтями нанесли. Потом сели за стол, вдруг все тарелки разом закрутились.

– Гоп! – сказал старший, – тут кто-то из наших есть! Кто-то моего супу похлебал!

– Что выдумываешь! Откуда ему здесь взяться, – ответили остальные и принялись за еду.

Однако старший всё стоял на своем и сулился после ужина отыскать нежданного гостя. Но поев, забыл про свои слова и к утру уже ничего не помнил. Утром поев взобрались братья на окно и тут же обернулись воронами. Взмахнули черными крыльями, стали рвать один другого и, каркая, полетели неизвестно куда.

Вечером вернулись братья домой, обмыли раны и сели за стол. Только сели – опять у всех тарелки закрутились.

– Гей, – молвил средний, – значит, ты, брат, вчера верно сказал, здесь кто-то из нашей родни есть. Гляньте-ка, гляньте, он мой суп ел, мое вино пил! Вот наемся, поглядим где он, да кто он.

Самый младший стал его отговаривать, дескать, нету никого, откуда здесь кому-нибудь взяться! Но средний на своем стоит: "найду, да найду, где он, да кто он . После ужина средний брат прилег отдохнуть, вспомнил, что собирался сделать, да встать поленился.

"Ладно, – решил он, – я тебя утром найду! – А утром позабыл, не стал искать, и улетел вместе с остальными.

На третий вечер сестра поела из третьей тарелки, отпила из бокала, да еще и в постели понежилась.

Братья домой вернулись, обмыли свои раны студеной водой и сели ужинать. Стали садиться, а тарелки у всех кругами пляшут.

– Гей, – молвил самый младший, – тут что-то не ладно! Каждый день тарелки крутятся, а теперь и у меня супа и вина не хватает!

Обернулся и ахнул – "Что же это! Да ведь моя постель помята! Уж я-то его найду!

Выскочил из-за стола, схватил меч и давай по хоромам метаться. Заглянул под кровать, а там девица-красавица прячется.

– Вот ты где! – воскликнул он, – вылезай, поглядим ты к нам с добром или со злом!

– С добром, с добром, – отвечала сестрица, вылезая из-под кровати. – Я – ваша сестра и пришла освободить вас от заклятья.

Братья ее признали и очень обрадовались. Долго они рассказывали ей про свое заклятье, а сестрица – про матушку, да про то, как к ним добралась. Под конец говорит сестра своим братьям:

– Я к вам пришла, ничего не побоялась. Теперь скажите, как мне вас от проклятья избавить?

– Ох, сестрица, сестрица! – отвечали ей братья, – мы-то скажем, да тебе не выполнить! Чтоб нас освободить, надо семь лет, семь месяцев, семь недель и семь часов ни единого словечка не вымолвить. Коли хоть что-нибудьскажешь, все прахом пойдет, и мы на веки вечные останемся черными воронами.

– Трудно это, ох, как трудно, – согласилась сестра, – да ведь нельзя иначе! Я от своего слова не отступлюсь и не вернусь домой до тех пор, пока вас не освобожу!

Поняли братья, что сестру не отговорить. Вырубили в могучем дереве дупло, посадили ее туда, лишь оконце оставили, чтоб еду подавать.

Прошло два года, а, может, и все три. Проезжал как-то молодой король в карете четверней возле Стеклянного замка. Путь лежал мимо могучего дерева. Только он до дерева добрался, кони встали, ни с места. Кучер их кнутом хлещет, а они из стороны в сторону кидаются, да на дыбы встают, а дальше не идут! Так и не удалось молодому королю по делам съездить, пришлось назад воротиться.

Вскоре молодой король снова собрался в ту сторону. Других коней велел запрячь. Как и в тот раз летели кони, словно на крыльях, но только до дерева добрались – осадили и хоть убей, не идут дальше, да и всё тут.

Прошло немного времени, в третий раз собрался король в путь. Велел новых коней запрячь. Кони помчались, как дьяволы! Донесли его до того же самого дерева и встали, как вкопанные, дальше не идут! На дыбы встают, храпят, копытами землю роют, а вперед – ни шагу. Выскочил тут молодой король из кареты и направился к дереву.

– Надо, – говорит, – поглядеть, что это за дерево такое, почему мои кони возле него пугаются.

Глядел, глядел – видит оконце в стволе, заглянул внутрь, а там – милое девичье лицо. Выхватил он меч из ножен и давай вместе с кучером дерево рубить, до той поры рубили, пока девушку не вызволили. И хоть была она бедно одета да оборвана, но собой так хороша, что молодой король тут же влюбился и недолго думал, решил ее в жены взять.

Стал спрашивать, кто она, да откуда, да что в дупле делает, а она ни словечка в ответ не говорит. Он опять спрашивает, а она то кивнет головой, то покачает. Он спрашивает, хочет ли она в его замок хозяйкой пойти, а красавица глаза потупила и плечиком пожала. Молодой король обрадовался, посадил ее в карету и повез в свой прекрасный замок. Решил, что она осмелеет и со временем заговорит.

Только приехали, а молодой король уже посылает ей красивое платье. Нарядили ее и стала она еще милее. Глядит король не нарадуется, уж так она ему люба. Просит, хоть слово вымолвить, а она лишь улыбается приветливо, но на вопросы не отвечает: либо кивнет головкой, либо покачает.

В конце-концов решил король на ней жениться. Как решил, так и сделал, ноона и на свадьбе ни слова не вымолвила, только кивнула головой: да, мол, будет она королю верна до самой смерти.

С тех пор стали они мужем и женой и зажили дружно и счастливо. Но недолго длилось их счастье. У короля были враги, пришлось ему на войну пойти, а красавицу-жену одну оставить. С большой печалью простился с ней король, оставив под присмотром старухи, что в замке прижилась. А старуха та была – ведьма.

У старой ведьмы к тому времени дочка подросла, да такая уродина! Ведьма мечтала, чтоб король ее в жены взял, а король того и в мыслях не держал. Вот злая ведьма на короля и затаила злобу лютую, а немую королеву и вовсе готова была со свету сжить. А вскоре и случай представился.

Пока король был на войне, у королевы родился сынок, красивый, волосики золотые, во лбу золотая звезда горит.

Выкрала ведьма младенца, а на его место щенка сунула. Подобралась к окошку, чтоб мальчишечку выкинуть, а под окном в это время ворон пролетал. Увидала его ведьма, бросила ребенка и закричала:

– Хватай его, ворон, хватай!

Схватил ворон мальчика и унес неизвестно куда.

И разнесла ведьма по всему городу слух, будто у королевы щенок родился. Мало того, самому королю про то поспешила донести. Опечалился король. Но жену свою он любил, да и ведьме не хотел верить и послал ответ: "ничего, мол, как-нибудь обойдется, пускай за щенком получше ходят, пока он сам не вернется .

Вернулся король домой, а там – и правда, в колыбели щенок лежит, а королева грустит и печалится, но не может от клеветы очиститься. Король жену не перестал любить и стали они жить, как и прежде жили.

Подошло время королю опять на войну идти, опять оставил он королеву под присмотром старухи. И что же? Народился у королевы второй сын, с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу. Ведьма и этого младенца украла, кинула ворону, что под окном пролетал, а королеве подложила котенка. По городу слух распустила и королю отписала.

Король домой вернулся, все у них с женой по-прежнему шло, только душа у него болела, как на щенка или котенка глянет. Совсем закручинился король, но жену любить не переставал.

Прошло какое-то время, опять война началась, ушел король, а у королевы доченька родилась с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу. И девочку ведьма украла, через окно ворону выкинула, королеве трухлявое полено подсунула, а королю на войну отписала, что королева вместо младенца принесла трухлявое полено.

– Это уже слишком! – воскликнул король. – И говорить не говорит, и вместо детей родит мне каких-то уродов! Превратила меня в посмешище перед всем миром. Не стану больше терпеть!

И решил король жену казнить.

Вернулся с войны, даже суд не стал вершить, самолично приговорил ее к смерти, а она, бедняжка, молчит – ни словечка не молвит, чтобы братьев вызволить. Приказывает тогда король вывести ее в поле и голову с плеч срубить.

Вот уж палач свой меч поднял! Вдруг откуда ни возьмись ворон летит, несет в клюве мальчика с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу и кричит:

– Эй, палач, стой! Вот тебе мальчик, поиграй с ним – и кладет ребенка на землю.

Палач остановился, глядит на младенца.

И король про казнь забыл, с прекрасным ребенком забавляется.

Наконец, король опомнился и закричал:

– За дело, палач!

Палач меч поднял, только размахнулся, тут второй ворон летит, прелестного мальчугана несет с золотыми волосами и золотой звездой во лбу, а сам кричит:

– Эй, палач, стой! Вот тебе ребенок, поиграй с ним!

Палач отложил меч, стал с младенцем играть, тут к нему и король подошел, ребенком любуется. Время идет, спохватился король, кричит:

– За дело, палач!

Палач поднял меч, вот-вот опустит, вдруг третий ворон летит, несет в клюве девочку с золотыми волосиками и золотой звездой во лбу и кричит:

– Эй, палач, стой! А ты, сестра, говори!

В это мгновенье как раз минуло семь лет, семь месяцев, семь недель и семь часов, как сестра клятву дала! Три ворона превратились в добрых молодцов, а королева заговорила.

– Я своих братьев освободила. И могу теперь, мой дорогой муж, рассказать, почему молчала, и как злая ведьма тебя обманула, как подкинула мне щенка, котенка и трухлявое полено вместо наших деток.

И рассказала все, как было. А братья добавили, что детей они унесли и выходили в своем Стеклянном замке.

Услыхал король, что его красавица-жена говорит, увидал своих детей и хлынули у него из глаз слезы радости. Стал он у жены прощенья просить за то, что так жестоко с ней обошелся. А потом торжественно повел обратно в замок. И повелел на радостях готовить пир на весь мир.

Когда гости собрались, он загадал им загадку: был он, дескать, на войне и случилось у него так-то и так-то! Что про это дело дорогие гости думают? Какой кары заслужил тот, кто обрек четырех невинных на смерть? Ведьма не ведая, что все ее козни раскрыты, первая возьми и крикни:

– Какой кары? А в бочку с острыми гвоздями посадить и с высокой горы спустить.

– Вот, старая ведьма, сама ты себе и наказанье придумала, – перебил ее король, – ты хотела безвинную мою жену и моих детей жизни лишить, теперь получай по заслугам!

Приготовили бочку с гвоздями, посадили в нее ведьму и спустили с высокой горы.

С той поры король с королевой живут в любви и согласии. Братья с ними остались и мать-старушку к себе забрали. Жили они не тужили, пока не померли.


<<<Содержание